Автор: Дмитрий Битченков, руководитель направления разработки технической и проектной документации компании «ГИГАНТ Компьютерные системы»
Госзакупки в сфере ИТ — это процесс, в котором ошибка может возникнуть на любом этапе и у любого участника. Причины понятны. Законодательство в сфере закупок меняется стремительно: обновляются нормы 44-ФЗ и 223-ФЗ, появляются новые постановления, корректируются смежные акты, Минфин выпускает рекомендации, ФАС формирует практику. Позиции регуляторов иногда расходятся, а специалисты, вовлеченные в процедуру закупок, при высокой загрузке просто не успевают отслеживать каждое изменение. Поэтому в статье мы собрали наиболее часто встречающиеся ошибки и условно разделили их на две группы. Первая — привычные, «исторические» ошибки, появившиеся вместе с 44-ФЗ и 223-ФЗ и устойчиво присутствующие в практике. Вторая — новые проблемы, связанные с принятием Постановления Правительства Российской Федерации № 1875 и изменениями механизмов осуществления национального режима. Начнём с первых: по ним у отрасли уже накоплен значительный опыт и сформирована устойчивая практика.
«Исторические» ошибки в ИТ-закупках: что до сих пор ломает логику КТРУ
Одна из самых частых ситуаций в ИТ-закупках — когда заказчик пытается расширить описание объекта закупки и добавляет к характеристикам из определенной позиции КТРУ характеристики, которых там изначально нет. Это происходит из-за того, что не всегда внимательно учитываются требования Постановления Правительства №145, регулирующего применение Каталога товаров, работ и услуг по 44-ФЗ. КТРУ охватывает большую часть товаров в сфере ИТ, и для каждой позиции задаёт обязательный набор характеристик. Именно ими заказчик должен ограничиваться. Возможность добавить дополнительные параметры зависит от конкретной позиции каталога: Постановление № 145 прямо указывает, в каких случаях это разрешено, а в каких — нет. На практике этот момент часто упускают, и в итоге описание объекта закупки выходит за рамки КТРУ.
Формально пункт 5 Правил применения КТРУ допускает включение дополнительных характеристик при наличии обоснования, но при этом существует перечень исключений. Значительный массив радиоэлектронной продукции попадает как раз в этот перечень — это позиции 191 – 361 из приложения №2 к постановлению 1875. Для таких товаров возможность добавления дополнительных характеристик ограничена, что заказчики нередко трактуют противоположным образом. В результате возникает типичная ошибка: не изучив положения Постановления № 145 и Правила применения каталога, заказчик добавляет в ТЗ характеристики, которые нельзя использовать для соответствующей позиции КТРУ. Это одна из тех исторических ошибок, которые до сих пор встречаются чаще всего.
Следующая типичная ошибка больше относится к закупкам в рамках 223-ФЗ и 44-ФЗ при классификации товара по ОКПД2, но по сути снова упирается в работу с характеристиками товара. Когда заказчик не опирается на КТРУ и 145-е Постановление, он получает больше свободы в описании объекта закупки. И здесь нередко возникает обратная проблема: товар описывается настолько детально и узко, что фактически под эти параметры подходит только одна конкретная модель. Эквивалента просто не существует. В такой ситуации конкуренция ограничивается, участники видят, что ТЗ написано под единственный товар, и обращаются в ФАС. Подобные жалобы — обычная история, и они регулярно приводят к разбору закупки антимонопольной службой.
Есть ещё одна распространённая ошибка, снова из практики 44-ФЗ, — заведомый уход от КТРУ. По правилам каждый товар должен быть корректно классифицирован в соответствии с КТРУ или ОКПД2. На деле некоторые заказчики сознательно выбирают «приближённый» код ОКПД2, чтобы уйти от применения каталога. Причина проста: набор характеристик в КТРУ может быть слишком узким, и заказчик понимает, что включить дополнительные параметры он не может — это будет нарушением. Чтобы более подробно описать свою потребность, он просто уходит в другой код ОКПД2 без применения КТРУ. Формально нарушение выглядит мягко — штрафы за неверный код минимальны, но попытка обхода каталога быстро выявляется. ФАС такие случаи отслеживает, закупки отменяются, а заказчику выдаётся предписание изменить техническое задание.
В итоге во всех трёх ситуациях последствия одинаковые. Если жалобу признают обоснованной, ФАС возвращает закупку на доработку, а заказчик получает предписание изменить ТЗ и штраф на ответственного сотрудника. Такие случаи фиксируются регулярно: мы постоянно отслеживаем практику и участвуем в разборе жалоб, чтобы вовремя видеть и предупреждать подобные ошибки.
Ошибки, связанные с Постановлением № 1875 и внедрением национального режима
Ошибки, связанные с Постановлением № 1875 и внедрением национального режима, — отдельная категория. Нормы новые, практика ещё складывается, и поэтому именно здесь в 2025 году возникает больше вопросов и спорных ситуаций, чем в блоке «исторических» ошибок.
Первое и самое массовое нарушение начала года — неправильное применение национального режима в целом. Заказчики в первом полугодии 2025 года ещё не успели разобраться, как работает постановление, и часто путались в том, как применять три защитные меры: запреты, ограничения и преимущества. Раньше, регуляторы фактически не рекомендовали совмещать в одной закупке товары под разными защитными мерами, и они закупались раздельно. С появлением Постановления № 1875 смешанные лоты стали возможны, а вместе с ними возник и вопрос: как теперь правильно рассматривать заявки на участие в закупке, если часть позиций подпадает под запрет, часть под ограничение, а часть имеет преимущество.
Наибольшие трудности это вызвало в закупках по 44-ФЗ, где механизм национального режима прописан в 14 статье, но фактически заказчикам пришлось заново выстраивать понимание, как применять её в новой конфигурации. По 223-ФЗ ситуация оказалась ещё сложнее: прямое распространение запретов, ограничений и преимуществ на этот закон стало механизмом унификации национального режима для 223‑ФЗ и 44-ФЗ в одном документе и с едиными перечнями и подходами, а механизмов, к которым заказчики были привычны раньше, уже было недостаточно. В итоге многие просто не понимали, как рассматривать заявки, если лот включает разные группы товаров.
Последствия таких ошибок проявлялись не в отмене закупок, а в возврате процедур на этап рассмотрения заявок. Участники закупки, видя неправильное применение национального режима, жаловались в ФАС. Антимонопольная служба разбирала каждую ситуацию, формировала практику и обязывала заказчиков повторно и корректно оценить поданные заявки. Постепенно именно через такие решения сформировалось понимание, как в реальности должны работать новые правила и как рассматривать смешанные лоты в рамках Постановления № 1875.
Следующее нарушение встречается в закупках и по 44-ФЗ, и по 223-ФЗ и связано с ущемлением прав стран — участниц ЕАЭС. Постановление 1875 вводит запреты, ограничения и преимущества для иностранных товаров, чтобы поддержать продукцию российского происхождения. Но один из подпунктов пункта 4 прямо говорит: все эти меры в равной степени распространяются и на товары из стран ЕАЭС. Формально российские товары и товары из ЕАЭС должны рассматриваться одинаково. В ИТ-закупках это касается двух групп: радиоэлектронной продукции из реестра промышленной продукции (ПП 719) и программного обеспечения из реестра Минцифры. Для ПО действует полный запрет на закупку иностранной продукции, а для радиоэлектроники — ограничение. При этом у ЕАЭС есть собственные реестры — и промышленной продукции, и ПО. Товары из этих реестров приравниваются к российским для целей осуществления национального режима.
Простой пример: если в закупку по ПО подаются две заявки — с российским продуктом из реестра Минцифры и белорусским продуктом из соответствующего реестра ЕАЭС, обе заявки считаются равнозначными для целей осуществления нацрежима. Они рассматриваются на равных условиях. Но если появляется третья заявка, например, с американским ПО, заказчик обязан её отклонить — как иностранную. Ошибка возникает, когда заказчик нарушает этот баланс и не учитывает равные права товаров из ЕАЭС.
На практике нарушение проявляется так: заказчик при описании объекта требует, чтобы товары обязательно были включены именно в российские реестры, игнорируя реестры ЕАЭС. Недавно мы разбирали закупку по 44-ФЗ, где в одном лоте одновременно приобретались программное обеспечение и системные блоки. В ТЗ заказчик указал, что ПО должно входить только в реестр российского ПО, а системный блок — только в реестр российской промышленной продукции. Такое требование нарушает статью 33 44-ФЗ и статью 3 223-ФЗ, поскольку фактически указывает страну происхождения и ограничивает конкуренцию. И главное — оно ущемляет права поставщиков из ЕАЭС, чья продукция в соответствии с Постановлением № 1875 приравнивается к российской в части применения защитных мер.
Следующее нарушение касается неверного обоснования НМЦК по 44-ФЗ. До вступления в силу Постановления № 1875 заказчики ориентировались на рекомендации в соответствии с Приказом Минэкономразвития России от 02.10.2013 N 567: чтобы определить начальную максимальную цену контракта методом анализа рынка, нужно было направить запросы минимум пяти поставщикам и получить не менее трёх коммерческих предложений. Использовались три основных источника данных: запрос через ЕИС, цены из реестра контрактов по аналогичным закупкам и коммерческие предложения организаций, работающих на соответствующем рынке. На практике заказчики чаще всего просто направляли запросы пяти компаниям и формировали НМЦК на основе полученных ответов.
С появлением Постановления № 1875 порядок существенно изменился. Теперь при формировании технического задания заказчик обязан описывать товар так, чтобы ему соответствовал хотя бы один российский образец из соответствующего реестра — это требование части 1.1 статьи 33 44-ФЗ. И обоснование НМЦК начинается именно с этого: первым шагом заказчик должен направить ТЗ производителям из российского реестра, а не в ЕИС и не в реестр контрактов.
Пример. Если закупаются ноутбуки, ТЗ должно позволять хотя бы одному российскому ноутбуку пройти по требованиям. Затем заказчик обязан направить запросы на предоставление коммерческих предложений производителям ноутбуков, включённым в российский реестр промышленной продукции. Это теперь не рекомендация, а требование. Дальше работает очередность, установленная Постановлением № 1875. Если в российском реестре содержится информация менее чем о трёх производителях нужного товара, можно обращаться к реестру контрактов и к поставщикам-членам государств ЕАЭС, чьи товары представлены в нём.
В теории порядок прозрачен. Но на практике некоторые заказчики могут продолжать действовать «по старинке»: не запрашивать российские и ЕАЭС-производителей, не изучать реестры, а сразу обращаются к пяти компаниям, которых они заранее считают потенциальными поставщиками. Именно это и образует нарушение — НМЦК формируется в обход требований Постановления № 1875.
Последнее нарушение в части национального режима также связано с появлением в 44-ФЗ положения части 1.1 статьи 33. Именно оно требует, чтобы при описании объекта закупки заказчик формировал техническое задание так, чтобы под него подходил товар российского происхождения. На практике из этой нормы вытекает сразу несколько типичных ошибок. Во-первых, заказчик может просто не учесть часть 1.1 — либо из-за незнания, либо из-за недостаточной проверки реестров. Он обязан убедиться, что нужная ему продукция действительно представлена в реестре промышленной продукции или, если речь идёт о ПО, в реестре Минцифры. Но нередко аналитика реестров проведена формально, товар «не находится», хотя он есть, и ТЗ составляется без ориентации на российскую продукцию. Это прямая ошибка.
Во-вторых, возможна обратная ситуация: товара действительно нет в реестре. Такое встречается регулярно — например, цветных МФУ формата А3 в реестре до сих пор нет, хотя заказчикам они объективно нужны. В этом случае Постановление № 1875 требует от заказчика зафиксировать факт отсутствия российской продукции. Для товаров под ограничениями (радиоэлектроника: компьютеры, серверы, СХД и др.) достаточно уведомить Минпромторг и приложить подтверждение такого уведомления к извещению. Для товаров под запретом (в ИТ это прежде всего программное обеспечение) обязанность жёстче: заказчик должен запросить у Минпромторга разрешение на закупку нерееестрового товара, получить его и приложить к документации как отдельный файл. Без разрешения в закупке данный факт будет считаться нарушением. Проблема в том, что заказчики часто не выполняют эти требования корректно: не декларируют отсутствие товара в реестре, направляют уведомление, но не прикрепляют его к документации, либо не запрашивают разрешение при товаре под запретом. Это уже нарушение Постановления № 1875.
Пока практика 2025 года по этим нарушениям ограничена: жалоб немного, и ФАС чаще указывает на необходимость соблюсти порядок, чем применяет жёсткие меры. Но если речь идёт о товаре под запретом и отсутствующем разрешении Минпромторга, нарушение считается существенным и приводит к предписанию и корректировке закупки.
Заключение
Большинство из перечисленных ошибок сегодня можно избежать, если выстроить базовую дисциплину: регулярно сверяться с актуальными реестрами, отслеживать практику ФАС, понимать, какие изменения вступили в силу, а какие только формируются. Это не требует отдельного подразделения или крупных ресурсов. Это вопрос процессов и культуры работы — умения проверять, сопоставлять и обновлять информацию до того, как она превращается в нарушение.
Постановление № 1875 добавило ещё один серьёзный слой к закупочным процедурам, а практика его применения пока только складывается. Поэтому ответственность за корректность закупки распределена не на одного человека, а на всю связку специалистов: тех, кто пишет техническое задание, публикует извещение о закупке, рассматривает заявки. То, насколько качественно они взаимодействуют, напрямую определяет итог закупки — будет ли она корректной или уйдёт на доработку по жалобе.
Если заказчики начнут заранее учитывать новые требования и приводить свои внутренние процедуры в соответствие с обновлениями, это снимет основную часть рисков: меньше будет отмен, меньше предписаний и возвратов на этап рассмотрения, меньше повторных закупок из-за формальных ошибок. ИТ-закупки перестанут быть зоной постоянной турбулентности и станут тем, чем должны быть в идеале: прозрачной и предсказуемой процедурой, в которой результат зависит не от удачи, а от соблюдения понятных правил.
Кому адресована статья: всем сотрудникам, вовлечённым в процедуру закупок: тем, кто формирует техническое задание, тем, кто размещает закупку, и тем, кто входит в комиссию по рассмотрению заявок. В комиссии обычно работают специалисты контрактной службы и ИТ-подразделения, и именно на этом этапе нередко всплывают те же ошибки, что закладываются ещё в документации.
Источник: https://www.it-world.ru/persons/bitchenkov-dmitriy/?sphrase_id=27510
