Posts Tagged: баррель

По сообщению источников РБК, цена отсечения в бюджетном правиле, сверх которой нефтегазовые доходы зачисляются в Фонд национального благосостояния (ФНБ), с 2027 года может быть снижена до 50 долларов за баррель. Эта информация пока не получила официального подтверждения, однако сама идея выглядит логичной, если вспомнить, что и в обновленном прогнозе Минэкономразвития средняя цена на российскую нефть Urals в 2027–2029 годах ожидается на том же уровне.

Сейчас цена отсечения по бюджетному правилу составляет 59 долларов за баррель, и законом предусмотрено ее снижение темпами по 1 доллару в год до 55 долларов за баррель к 2030 году. Если цена отсечения действительно будет снижена быстрее, при прочих равных Минфин сможет увеличить покупки валюты для пополнения ФНБ, так как объем нефтегазовых сверхдоходов увеличится. Это создаст дополнительный спрос на иностранную валюту и может способствовать умеренному ослаблению рубля. Впрочем, с учетом того, насколько сейчас укрепился рубль, такой эффект вряд ли станет критичным для инфляции.

«При этом более важным представляется долгосрочный эффект. Цена отсечения определяет объем базовых нефтегазовых доходов, которые закладываются в бюджет. Чем ниже этот уровень, тем более консервативным должен быть бюджет. Если снижение цены отсечения будет сопровождаться соответствующей корректировкой расходов, это позволит сократить бюджетный импульс в экономике. Для денежно-кредитной политики такой сценарий скорее позитивен. Более жесткая бюджетная политика снижает проинфляционные риски и в перспективе может создать дополнительные условия для снижения процентных ставок», — отметил руководитель группы макроэкономики и фондового рынка УК «Альфа-Капитал» Александр Джиоев.

Напряженность в Ормузе сохраняется, а с ней — и вопросы о том, как эта ситуация влияет на долгосрочные перспективы нефтяного рынка. Попросили Дмитрия Данилина, портфельного управляющего УК «Альфа-Капитал», на них ответить.

Как изменился прогноз цен на нефть после начала конфликта

В базовом сценарии (не предполагающем сильной конфронтации, но с сохранением напряженности в регионе) средняя цена на нефть Brent в 2026 году может составить около 89 долларов за баррель, Urals — 74 долларов, ВСТО — 80 долларов. Если ранее большинство аналитиков из-за сдержанного спроса ожидали профицита нефти в 2026 году, то текущий конфликт вывел с рынка порядка 10 млн баррелей в сутки. Даже с учетом роста добычи в других странах дефицит может составлять 7–9 млн баррелей в сутки.

Могут ли цены вырасти еще выш

Если предположить, что наиболее острая фаза конфликта уже позади, то локальный максимум цен мог быть пройден. Однако фактические цены для конечных потребителей в Азии, покупающих нефть с получением через 1–1,5 недели, сейчас достигают 150 долларов за баррель с учетом сложностей в логистике. Если рынок перестанет закладывать скорую нормализацию ситуации, фьючерсные котировки с поставкой через месяц также могут приблизиться к этим значениям.

Но в долгосрочной перспективе такое состояние рынка вряд ли может быть устойчивым. Длительный период дорогой нефти (120–150 долларов за баррель и выше) неизбежно приведет к замедлению мировой экономики и разрушению спроса. Скорость этого процесса будет зависеть от уровня цен, действий правительств (включая использование стратегических резервов) и способности экономики адаптироваться.

Можно ли быстро увеличить добычу

Рост предложения потребует времени, а в случае сложных проектов может занять до нескольких лет. Сейчас наблюдается рост инвестиций со стороны нефтяных компаний, но прежде всего в тех регионах, где есть готовая инфраструктура и более быстрый цикл запуска. В первую очередь это касается компаний США. При сохранении высоких цен в течение длительного времени возможна и более широкая географическая экспансия — в такие регионы, как Венесуэла, Египет, Ливия, Греция и Мексиканский залив, где часть проектов уже близка к стадии добычи.

Ситуация вокруг Ормузского пролива остается главным фактором риска для глобального нефтяного рынка. После срыва переговоров в выходные США объявили о морской блокаде судоходства в иранские порты в Ормузе, чтобы надавить на Иран. Формально проход между неиранскими портами сохраняется, но сам факт эскалации уже привел к резкому падению трафика и росту волатильности на рынке, а нефть снова находится вблизи 100 долларов за баррель.

Главный вопрос — как долго эта конструкция сможет держаться. Через пролив раньше проходило около 20 млн баррелей в сутки. Сегодня часть объемов начала идти в обход. Саудовская Аравия увеличила прокачку по трубопроводу «Восток — Запад» в сторону Красного моря с 5 млн до 7 млн баррелей в сутки. Есть и альтернативные маршруты, по которым могут уходить еще 1–2 млн баррелей. Но в общей сложности рынок каждый день недополучает около 10 млн баррелей.

Это значит, что сейчас идет прямое «сжигание» глобальных нефтяных резервов.

По оценке Мирового энергетического агентства (IEA), мировые запасы нефти и нефтепродуктов в начале 2026 года превышали 8,2 млрд баррелей. Формально это выглядит большой подушкой безопасности. Но на практике важен не столько общий объем, сколько скорость, с которой эти запасы можно выпускать на рынок. Например, из американских резервов при объеме около 400 млн баррелей технически сложно стабильно давать больше 1 млн баррелей в сутки. В других странах и регионах, возможно, получится временно поднять выдачу до 5–6 млн, но закрыть дефицит в 10 млн сложно. Если такая ситуация продлится квартал, рынок потеряет около 1 млрд баррелей запасов. Это очень много. И это значит, что профицит на рынке нефти может смениться устойчивым дефицитом.

Экстремальный скачок цен к 150–200 долларам за баррель на первый взгляд кажется выгодным странам-экспортерам, но в действительности это негативный сценарий почти для всех. Столь резкий всплеск цен на нефть вызовет рецессионную волну прежде всего в развивающихся экономиках и странах, которые зависят от импорта и не имеют значительных резервов. Для них проблема состоит не только в росте цен, но и в риске нехватки физических объемов для переработки, транспорта и промышленности.

«Именно поэтому для нефтяного рынка более устойчивым сценарием выглядит длинный период нефти выше 100 долларов за баррель. Если сравнивать текущие цены на нефть с периодом 2011–2013 годов, нужно учитывать долларовую инфляцию. С тех пор покупательная способность доллара заметно снизилась. Поэтому нынешние 100+ долларов за баррель в номинале выглядят высокими, но в реальном выражении это не экстремальный уровень, а скорее средний», — отмечает Эдуард Харин, руководитель дирекции по работе с акциями УК «Альфа-Капитал».

Для российских нефтяных компаний эта ситуация действительно выглядит благоприятной. На фоне логистических рисков в ближневосточных маршрутах все большую ценность получает предсказуемость экспорта и способность исполнять контракты без срывов. Россия всегда оставалась надежным поставщиком и не срывала своих обязательств. Это и есть та самая потенциальная «премия за надежность», которая может стать одним из важнейших факторов для переоценки сектора в ближайшие годы.

Кроме того, после подобных энергетических шоков страны обычно восстанавливают и наращивают резервы, что формирует дополнительный спрос уже после завершения острой фазы кризиса. Рынок может получить несколько лет повышенного спроса на нефть для восстановления резервов. Поэтому нефтяной сектор в целом сохраняет потенциал, а при длительном удержании цен на нефть выше 100 долларов переоценка ряда компаний может оказаться существенной.

Ситуация на рынках резко изменилась после того, как президент США Дональд Трамп объявил о двухнедельном перемирии с Ираном и отсрочке ранее запланированных ударов по иранской инфраструктуре. Иран, в свою очередь, подтвердил, что в этот период судоходство через Ормузский пролив будет безопасным. Ожидается, что в ближайшие дни в Исламабаде начнутся переговоры между сторонами. Рынки отреагировали на новости мгновенно: ближайшие фьючерсы на Brent снизились до $95 за баррель (–14%), цены на газ на хабе TTF упали на 20%, до чуть выше $520 за тыс. куб. м, а золото, напротив, превысило 4800 долларов за унцию.

Перемирие и восстановление навигации в Ормузе снижает риски острого дефицита предложения сырья — как минимум на ближайшее время. Это отражается в снижении цен на энергоносители и общем пересмотре инфляционных ожиданий (отсюда рост золота).

Тем не менее даже при полном открытии пролива не стоит ожидать быстрого возвращения цен к уровням до конфликта. Поврежденная инфраструктура и приостановленные мощности требуют времени на восстановление: например, СПГ-завод в Катаре сможет выйти на полную загрузку лишь через 3–4 месяца. Кроме того, страны-импортеры, опасаясь новой эскалации, вероятно, будут наращивать закупки сырья для формирования резервов. Логистика также останется более дорогой из-за сохраняющейся риск-премии и дополнительных издержек на транзит, напоминает Дмитрий Скрябин, портфельный управляющий «Альфа-Капитал».

Поэтому даже при перемирии более реалистичным выглядит закрепление цен на нефть на уровнях выше доконфликтных: порядка $75–80 за баррель Brent и $50–60 за баррель Urals. Это создает умеренно позитивный фон для российского рынка акций, который может продолжить рост, когда эмоции улягутся. Золото при этом может вновь приблизиться к уровням около $5000 за унцию.

Если же переговоры не приведут к устойчивым договоренностям и конфликт возобновится с новой силой, рынок, скорее всего, вернется к более уровням до перемирия: нефть — к $110+ за баррель Brent, а золото — в диапазон около $4500 за унцию.

Акции сырьевых компаний скорректировались на новостях о перемирии, хотя ранее они и не в полной мере отыграли рост цен на нефть. При этом российские экспортеры в целом не выглядят переоцененными: текущие уровни цен на нефть (Brent около $85, Urals $60–65) соответствуют сценарию стабилизации с сохранением геополитической премии.

Принцип диверсификации — как по отраслям, так и по классам активов — остается ключевым. Геополитика — крайне волатильный фактор, не поддающийся прогнозированию, поэтому инвестиционные решения важно принимать с опорой на более длинный горизонт.

Нефтяные котировки двигались в боковом тренде в течение недели, Brent прибавила в цене 0,87%, WTI подорожала на 2,6%. Цены находятся под влиянием разнонаправленных факторов: давление оказывают ожидания формирования профицита предложения, на стороне поддержки действуют укрепившиеся ожидания снижения ставки ФРС, отсутствие прогресса в урегулировании конфликта между РФ и Украиной и сокращение добычи ОПЕК+ в ноябре.

В то же время, по оценкам S&P Global Platts, морской экспорт нефти из России в ноябре сократился на 17%, до 3,34 млн баррелей в сутки. Морские поставки в Китай снизились на 25% м/м, до 804 тыс. баррелей в сутки, в Индию — более чем вдвое, до 791 тыс. баррелей в сутки против 1,82 млн баррелей в октябре. Крупнейшим импортером российской нефти стал Египет, закупки которого достигли 880 тыс. баррелей в день.

Морской экспорт нефтепродуктов немного восстановился от уровней октября — с 2 млн до 2,03 млн баррелей в сутки. Поставки в Индию сократились в три раза, крупнейшими покупателями стали Турция и Египет.

По всей видимости, подобная динамика отражает первый эффект от нового пакета санкций в отношении крупнейших российских нефтяных компаний: импортеры пытаются снизить риски, сокращая закупки, экспортеры — переориентируют поставки. Ближайшие месяцы, вероятно, будут отражать перестраивание рынка в адаптации к новым условиям.